Единственное в своем роде авто родом из 60-х ищет владельца

Горячие сердцем: пять невероятных хот-родов

О популяризации кастомайзинга мы недавно рассказывали в материале, посвященном лучшим работам Джорджа Барриса и его брата Сэма. Однако культура авторских автомобильных «переделок» существовала и до них, пусть и в принципиально ином ключе. Если братья Баррисы строили свои концепты, опираясь на их эстетические качества, то параллельная ветвь кастом-процессов произошла от скорости. И имя ей было – хот-роддинг.

В толковании значения «хот-род» ключевую роль играет последняя часть данного слова. Одни эксперты утверждают, что этот самый «род» (англ. «rod») является сокращением термина roadster и указывает на тип кузова, обязательный для модификаций. Другие говорят, что это обозначение шатунов, «connecting rod», – деталей, которые при строительстве «горячего» автомобиля заменялись первыми. Так гаражные умельцы увеличивали объемы двигателей своих «железяк». И хотя в общей своей массе хот-роды являлись дикой «кустарщиной», время от времени среди них возникали подлинные шедевры, на которые дизайнеры-концептуалисты оглядываются до сих пор. Нескольким подобным работам и посвящена данная статья.

Классика жанра

Хот-роддинг зародился в США в 30-х годах прошлого века, набирал популярность стремительно и повсеместно, сделавшись едва ли не главным мужским развлечением. А что еще делать безработному мужику пятничным вечером, как не пить горькую да носиться по улицам на полуразобранных колымагах? Остроты ощущениям придавал правительственный запрет на продажу алкоголя, а также на быструю езду по дорогам общего пользования. Поэтому, чтобы найти подпольную точку фарцовщиков бренди и смыться от копов, если будет облава, ребята позарез нуждались в быстрых колесах.

Но ржавые телеги вроде Ford Model A или B не очень-то радовали своих владельцев динамикой. Чтобы увеличить скоростные характеристики, те срывали с машин все лишнее: крылья, подножки, кожухи моторного отсека, даже крышу! Потеря жесткости кузова умельцев не слишком волновала. Главное, чтоб тачка летела, как ветер. В этом ей помогал восьмицилиндровый мотор, пропагандируемый мистером Фордом на всех массовых моделях своей компании. Так, волею случая и многоруких мастеров, чьи имена затерялись под копотью сотен угарных вечеров, сформировался облик классического хот-рода. Самые рьяные почитатели возвели его в канон и даже теперь бракуют любой кастом, построенный на базе автомобиля старше 1945 года выпуска.

Со временем хот-роддинг из полукустарного хобби дорос до статусного и затратного увлечения. Когда Америку перестало лихорадить от мафиозных разборок и узаконенных военных конфликтов, к экзотическим переделкам потянулись богатеи. Скоростные заезды больше не являлись вопросом выживания: с улиц они переместились на спортивные треки и специализированные арены. Знаменитое озеро Бонневиль стало самой крупной из таких площадок. И конечно, ателье окрестных регионов давно стали чемпионами в строительстве хот-род классики.

К примеру, ателье Rollings Bones знаменито тем, что делает самые близкие к оригиналу хот-роды. В современной интерпретации они похожи на творения рук доктора Франкенштейна, так как собраны из десятков частей, принадлежащих разным автомобилям. Однако форсированные моторы и агрессивная внешность делают из них тех самых злобных ублюдков, что рассекали соляные просторы в 50-х. Опытные мастера знают, что каким бы амбициозным не был проект, главное – соблюдать внимание к деталям. Только тогда простое металлическое корыто на двух лонжеронах и четырех колесах по-настоящему оживет.

Клайд Барроу, печально известный гангстер времен Сухого закона, восхищался машинами марки Ford. Он даже адресовал письмо президенту компании, где в полушутливом тоне обещал угонять исключительно Форды. Но среди американских бандитов Клайд не был исключением. Криминалитет предпочитал продукцию Генри Форда за ее дешевизну, простоту и мощность. Кастомные переделки такой техники стали своего рода побочным эффектом этой популярности. Так что мистер Форд в ответе за многие дела, творившиеся в Штатах первой половины ХХ века. Да и второй, собственно, тоже.

Красный Барон

Необычная внешность хот-родов стала привлекать богемных персон. Художники, музыканты, а главное, киношники, гоняя на такой технике, были вхожи в закрытый клуб, некую тайную ложу со своими обычаями, законами и правилами. В Америке 60-х существовало не так много профильных изданий, освещавших проекты, соревнования и трудовые будни настоящих хот-роддеров. Самым авторитетным из них был журнал Hot Rod, принадлежавший Роберту Петерсену. Но когда «горячими родстерами» заинтересовалась фирма Monogram, данная субкультура получила собственную поп-звезду.

Обложка коробки с моделью Red Baron Monogram

Формация Monogram Models была очень популярна в Штатах за то, что обеспечивала досуг миллионов: всем от мала до велика нравилось собирать kit-модели, превращая груду пластика в совершенный образчик моторизированной техники. Представители автоиндустрии всерьез отслеживали ассортимент Monogram, ведь если очередное творение кого-то из Большой тройки воспроизвели в масштабе 1:48, значит его успех был неслучаен. Однако путь хот-рода по имени Red Baron сложился строго наоборот.

Том Дэниел являлся дизайнером-фрилансером. С Monogram Models он поработал лишь раз, прежде чем его осенило: не обязательно чертить эскизы реально существующей техники – можно ведь придумать машину, которой никогда не было! Для этого Дэниел изучил рейтинг сборных моделей, выделив из них те, что продавались лучше других. Ими оказались самолеты-истребители времен Первой мировой и… старые Форды. Сложив вместе два этих образа, дизайнер получил самобытный хот-род со шлемом кайзеровской пехоты вместо кабины и боевой раскраской Albatros D. II. «Красным Бароном» авто называлось в честь лучшего аса войны, Манфреда фон Рихтгофена, сбившего 80 вражеских самолетов.

Модель поступила на прилавки в 1968 году, произведя среди собирателей kit-ов настоящий фурор. Всего за несколько лет компания Monogram Models продала более 3 млн экземпляров этого конструктора! А когда им предложили воплотить необычный хот-род в металле и в натуральную величину, никто особо не удивился. Чак Миллер, инженер из ателье Detroit’s Styline Customs, взялся за эту работу, скрупулезно восстановив все детали. Красный Барон был построен в кузове Bucked T, то есть в самом классическом исполнении хот-рода, для которого использовалась основа одной из моделей Форда T 1917-27 гг. выпуска. Пытаясь добиться максимального соответствия, Миллер хотел установить в машину авиационный двигатель указанной эпохи, производства Mercedes-Benz или BMW, но отыскать подходящий экземпляр не сумел – пришлось довольствоваться 6-цилиндровым гоночным агрегатом Pontiac OHC.

В мире хот-родов Красный Барон сделался тем же, чем стал Bon Jovi для рок-музыки. Его внешность – все равно, что нетленный сингл It’s My Life, звучащий без остановки. Даже награды за создание этой машины Чак Миллер получает с той же регулярностью, с какой знаменитый музыкант получает премии «Грэмми».

Привет из Розуэлла

«Шалость удалась!» – твердили довольные друзья Гарри Поттера, колдуя над магической картой. То же самое можно сказать о работах «Большого Папочки» Эда Ротта – легендарной фигуры для нескольких поколений хот-роддеров. Многих нынешних мастеров подвигли заняться делом неординарное авторское мышление и философский взгляд этого человека. Эд Ротт придумал множество вещей, которые придали этой субкультуре осмысленность. Он же повинен в создании таких символов, как пузатый грызун Rat Fink – эмблема независимых кастомайзеров и машинки Beatnik Bandit, чудной вид которой энтузиасты до сих пор пытаются переплюнуть.

История оранжевого в полоску Бандита повторяла судьбу предыдущего героя, Red Baron, почти по буквам. Все так же началось с крошечной масштабной модели Hot Wheels фирмы Revell, для которой Эд разрабатывал дизайн. Затем он создал «полноразмерный» хот-род на базе Oldsmobile 1955 года выпуска, укоротив шасси до двух с небольшим метров.

Оригинальный кузов мастер отправил на свалку, выплавив из фибергласса нечто, походившее на обшивку инопланетного корабля. Под стать образу на месте кабины/крыши утвердился прозрачный пузырь. Чтобы его изготовить, мистер Ротт сунул кусок пластика в печь для пиццы, а когда тот раскалился и стал мягким, надул его на манер воздушного шарика. Пускай мастер и не был первым изобретателем такой крыши, зато популяризатором подобных «мыльных пузырей» точно являлся – многие из его последующих моделей имели этот авторский штрих.

«Подшаманенный» 5-литровый двигатель Beatnik Bandit комплектовался нагнетателем Bell Auto и сдвоенным карбюратором Ford. Собирая выставочный экспонат, мистер Ротт не думал всерьез про сотни лошадиных сил в нем, однако ездить на этом хот-роде все равно боялся. Построенная им машина была едва ли не единственной, перемещавшейся исключительно на лафете. Ведь у нее совсем не было руля: управление, разгон, торможение и переключение передач – все это было выведено на металлический штурвал. Последний, как ни странно, работал, чем приводил в ужас всех, включая его создателя.

Большой Папочка скончался 15 лет назад, на 69-м году жизни, однако его работы по-прежнему магически воздействуют на людей. Большая часть машин Эда Ротта находится в частных коллекциях, но кое-что есть и в музеях – например, Beatnik Bandit. Этот странный аппаратик действует на кастомайзеров так возбуждающе, что они заимствуют его штрихи в своих проектах. Но построить идеального нового Бандита удается считанным единицам вроде Фрица Шенка, вдохновленного энтузиаста. Свою машину он назвал Roswell Rod, и она имеет ряд серьезных отличий от оригинала. Во-первых, ее можно завести и поехать без риска для жизни. А во-вторых, Шенк уверен, что построил именно тот аппарат, который ФБР нашли в Розуэлле в 47-м.

После себя Эд Ротт оставил не только автомобили, но и несколько книг, по сути – практических руководств по тому или иному действию. «Я работал с целой кучей крутых вещей, о которых никто и знать не хотел», – писал он. «А потом взял и построил из всего этого автомобиль!». Отличный способ привлечь внимание, кстати. Причем, не только к себе, но и к тому, что тебя волнует, как, например, это сделал Фриц Шенк.

Бродяга/мародер

Льюис Кэролл, автор «Алисы в Зазеркалье», не зря восхищался английским языком: в нем присутствует огромное количество слов двойного значения. Так называемые «слова-бумажники» очень точно характеризуют процессы и явления, особенно если те завершаются неудачно. Взять, к примеру, модель Prowler – ее эскизы так долго утверждались и ходили по рукам, что иначе как «Бродягой» ее не назовешь. Но когда она все же утвердилась на производстве Plymouth и за пять лет не принесла родной компании ни цента, на свету проступает ее скрытая сущность – Мародер. Да, обкрадывать родителей нехорошо, но Prowler – едва ли не единственный запущенный в серию хот-род, за что ему прощается многое.

Впервые идея производить ретро-кар в стилистике хот-роддинга пришла в голову Бобу Лутцу, президенту Chrysler, в 1990 году. Его маркетологи подсчитали, что данная субкультура обходится нескольким миллионам ее почитателей в кругленькую сумму – $10 млрд! Лутц, сам заядлый гонщик и ретроман, справедливо решил переманить эту аудиторию на сторону «пятилучевой звезды» и зарядил соответствующий проект. Концепт-кар, отдаленно похожий на нынешний Prowler, дебютировал в Детройтском моторшоу 1993 и потряс абсолютно всех. Но его адаптация к серийным шасси растянулась еще на долгих пять лет, после чего родстер все же было решено собирать вручную.

Ссылка на основную публикацию